В целом, отдохнул неплохо

13
профиль блогбера Андрей Лучников

Блин, это было так интересно, так интересно! Милиция гонялась по всему Пермскому краю, но я ушёл от погони и, притворившись женщиной, проникал в здание муниципалитета, но выследили, зарразы, и хитрый опер сумел отличить меня от сидевшей рядом жены (моей), и, поколебавшись немного, сунул повестку в нужные (то есть, мои) руки, где было предписано явиться к 14 часам в милицию, т.е. через десять минут...

Для наших друзей в ГА было неприятным сюрпризом видеть мою персону на Советской, 1, когда они рассчитывали, что я общаюсь с милицией. Правда, опер, доставивший повестку, естественно никак не мог предложить пока ещё живому свидетелю "стройки на костях" прямо из переполненного кабинета отправиться на допрос. Поэтому на ходу договорились, что сразу по окончании.

А в милиции в это время подходил к концу первый час допроса Романа Коротаева. По тому же делу. Интересно, а как бы нас вдвоём допрашивали одновременно?

А вот НИ Зеленин, начавший заседание, видимо, всё ждал изъятия смутьяна из зала заседания.Даже когда начали обсуждать повестку (там что-то насчёт избиркома), долго зачитывал пояснительную записку к просьбе снять вопрос с рассмотрения.

Увы, сегодня у Николая Ивановича был неудачный сегодня день. Кавалерия на помощь не примчалась, ОМОН в масках руки мне не заломил, и ничего не оставалось несчастному председателю Гордумы делать, как, скрепя зубы и скрипя сердцем, смотреть на мою величественную фигуру, небрежно отрывающую мощный зад от думского кресла, делающую два неторопливых шага к столу, за которым сидели депутаты... И слушать мой зычный голос человека, уверенного в своём праве и привыкшего перекрикивать шум боя, отдавая приказы коннице ударить с фланга.

Не успел я закончить фразу о том, что предлагается внести в повестку заседания вопрос о назначении слушаний по инициативе населения, буквально на слоге "ия", багровеющий, съежившийся за своим председательским столом Николай Зеленин торопливо заговорил, что все депутатские комиссии единогласно проголосовали против включения в повестку. На слове "единогласно" Зеленин, кажется, приобрёл уверенность в себе, но, бросив короткий, опасливый взгляд на присутствовавшую в зале представительницу прокуратуры, признал, что должен поставить вопрос на голосование.

Оцените формулировку: "Кто ЗА то, чтобы НЕ включать вопрос в повестку?" - спросил Зеленин и окинул хищным взором депутатов, сидевших за столом. На мгновение над залом повисла трагическая тишина. Но только на мгновенье. Депутаты стыдливо опустили головы (впрочем, некоторые не поднимали их с самого начала заседания, предчувствуя драматический момент), спрятали глаза в стол, а кто-то даже попытался заглянуть под него, и подняли зелёные карточки согласия с режимом.

Собственно, в этот момент я (и Ирка, и присутствовавший здесь же герой освободительного движения Сергей Кульбиков) утратили интерес к происходящему. Потому что - ЭТО БЫЛА ПОБЕДА! Мы, прекрасно понимая всю бесперспективность попыток уговорить "это", именуемое "народными избранниками", пойти на диалог с населением, понимая, что убедить депутатов следовать закону и долгу перед Городом, а не быть холуями URKA, должны были доиграть фарс до конца. Только для того, чтобы в финале пьесы холуи сняли маски и выставили себя открыто. Открыто против города Березники. Против гражданских прав населения. Против Конституции. И, соответственно, Президента и всё такое. Они уклонялись и юлили, они укрывались за формальностями и пытались избежать того, чтобы это прозвучало в публичном заседании Городской Думы. Но мы сделали это. Мы их додавили.

После чего, утратив интерес к марионеткам, преспокойно покинули кабинет и направились в милицию. Под охраной - до милиции нас сопровождала синяя десятка (или двенадцатая) с номером 494.

В кабинете номер 8 на Пятилетки, 13 мы застали чуть живого Романа Коротаева, который уже изнемог под пытками милой девушки дознавательницы Иры. На нас Роман глядел как на спасителей и освободителей. "Во всём признался?" - спросил я, протягивая руку помощи вождю "Гражданского надзора". "Конечно", - не стал отпираться Роман. Нет, меня не посетило чувство брезгливости и презрения к товарищу, только что выдавшему все самые страшные тайны подполья и сообщившему жандармам правдивую историю, что кости, найденные на кладбище, на самом деле кости самого Лучникова, которые Оборотень отгрыз, когда попал в капкан и в вечной злобе своей подкинул на стройку. Нет, я благородно сказал: "Ты свободен, товарищ", и предложил себя на растерзание сатрапам и опричникам.

Что было дальше, не поддаётся описанию. Меня пытали разными вопросами в течение двух часов и только присутствие верной супруги, мысль о детях и вера в неизбежную победу революции вдохновляли меня. Это был не допрос, это был Лейпцигский процесс, на котором я обличил городскую администрацию, как тех, кто первыми нашёл кости на стройке и объявил об этом во всеуслышание (Эдик Коридоров и Андрей Мусихин - вот имена тех, кто, обнаружив кости, запаниковал и вызвал из-за границы Мотовилова: "Спасай, папочка!"). Я указал на необходимость допроса работников БР и БеТВ, первыми распространившими эту информацию официально, а не в Интернете. Рассказал обо всех ужасах вскрытия старых захоронений (слово "холера" подействовало, а вот слово "иприт" - едва ли... девушка всё-таки дознаватель, про химоружие мало что знает). И наконец, апофеозом моих ответов на вопросы дознавателя стала демонстрация той самой "секретной" карты из ГАПК, на которой КЛАДБИЩЕ ОБОЗНАЧЕНО! Ну и, конечно, переселение, диалог с общественностью, публичные слушания...

С трудом, но едва ли не под аплодисменты сотрудников милиции мы покидали Пятилетку, 13. Уже завершив допрос и подписав все протоколы дознавательница советовалась с начальником, стоит ли нас отпускать. Начальник тянул время, чего-то выжидал, вероятно, что появятся ещё какие-то факты, помимо признаний Романа уличающие меня в фальсификации костей и изготовлении их промышленным способом на ферме венесуэльских нефтяных магнатов. Но тщетно. Темницы рухнули и свобода нас встретила радостно у входа и братья меч нам отдалИ. "Нэ повэришь, - сказал бородатый Абдулла, вручая мне мою именную СВД, - ещё пять мынут и мы сабыралысь идти тебя слушать!"
Молчаливый Тойво медлительно кивнул и передёрнул затвор фотоаппарата.

В целом, отдохнул неплохо. (ц) "Китайский сервиз"

PS. Кстати, действительно возбуждено уголовное дело - по статье "надругательство над останками". Фокус в том, что сейчас милиция (понятно, по чьей просьбе) пытается доказать, что какие-то кости были подкинуты. Злонамеренно. Но в любом случае первые кости официально найдены ГА (какие жители? не было никого вокруг - об этом писАли их газеты). Значит, подкинули они сами. А когда (уже, наверное, не "если") будет установлено, что кладбище там было (а официальных доказательств перезахоронения или официальных документов о закрытии кладбища - НЕТ), то по этому уголовному делу появятся прямые подозреваемые. Угадаем с трёх раз, кто?

PPS. Все художественные преувеличения в данном тексте являются художественными преувеличениями.

Ещё минуты три после постыдного лежания под интересами "урок" депутаты не могли поднять глаз (на снимке - завершение процесса).

Ещё минуты три после постыдного лежания под интересами

Комментарии

Ну-ну. Смешно
"Эта роль ругательная, я её прошу ко мне не применять!" (С)

Мне скрывать в этом вопросе от милиции нечего. Тем более, что я ничего особенного и не знаю.

Думаешь, он сам не как на духу рассказывал всё, что знает? Рассказывал. И даже больше, чем его спрашивали! Про иприт, про переселение, про карты - ведь никто не спрашивал, а он горячился и рассказывал. И указывал на карте, где кладбище, вызывая неподдельный интерес у дознователей Улыбаюсь

Катаюсь

Очень смеялась!))) Спасибо)
А вот в этом месте

Депутаты стыдливо опустили головы (впрочем, некоторые не поднимали их с самого начала заседания, предчувствуя драматический момент), спрятали глаза в стол, а кто-то даже попытался заглянуть под него,

хотелось добавить "и даже под него залезть")))

Смешно Ну и дела-а-а на малой родине творятся

В процессе