О том, как нам перестать убивать людей и самим не погибать

1
профиль блогбера churtan Юрий Елин

АНТОН ИВАНОВ
Я думаю, что войну можно смело назвать русской народной традицией: со времен варяжских князей и до третьего Путина включительно у нас был только один глава государства, при котором Россия ни с кем и ни из-за чего не воевала (кто вспомнит, как его звали, тому — приз). Я не говорю уже о таких мелочах, как феномен «военно-патриотического воспитания» детей, которого не существует больше ни в одной стране мира (был аналог только в гитлеровской Германии, но очень недолго), или о том, что мы остаемся единственным на планете государством, чей глава до сих пор сидит в крепости. А уж когда дело доходит до острой необходимости завоевать уважение какой-либо страны (чаще всего — «страны» Европы), Россия почему-то всегда делает это в буквальном смысле слова: приподнимая несчастную на копьях и штыках. Так было при Святославе, при Василиях и Иванах, было при Петре, Елизавете, при Иосифе и даже (стыдно сказать) при Димоне ничего не изменилось: все те же сапоги, огонь и кровь, ненависть и страх, смерть и разорение.
Любовь России к войне уже неоднократно в истории доходила до того, что когда у нее не случалось собственного вооруженного конфликта, она уверенно и страстно ввязывалась в чужие, причем то на одной стороне, то на другой. И зачастую ни одной из тех сторон, ни даже самой России не было ясно, почему и зачем, скажем, войска генерала Черняева в мирное время взяли Ташкент, из каких соображений армия Зубова была отправлена покорять Персию, за или против Фридриха сегодня будет воевать Апраксин или что делают суворовские солдаты в швейцарских Альпах.
Между тем, мотивы, по которым Россия бросалась в очередную мясорубку, не имея, казалось бы, никаких в ней видимых интересов или даже перспектив, очень часто (и это страшно признавать) крылись в личных комплексах и самомнении действующего главы государства.
Князь Владимир разорил «сакральный» Корсунь из-за ущемленного достоинства: ему обещали отдать в жены византийскую царевну за подавление восстания Варды Фоки, он подавил, даже принял всему Киеву на смех православие ради этой свадьбы, а царевну не отдали. Обидно. Иван Грозный в свое время обхамил короля Густава Вазу и развязал войну со Швецией во многом из-за личного презрения к низкородному происхождению короля. Помянутый фельдмаршал Апраксин при Гросс-Егерсдорфе трижды громил армию Фридриха Великого и трижды отступал с поля боя, потому что получал поочередно депеши то от прихворавшей Елизаветы Петровны, требовавшей победы, то от наследника Петра Федоровича, который требовал обратного единственно из-за того, что лично восхищался прусским королем. Крымская война могла бы не случиться, отдай османы ключи от Вифлеемского храма императору Николаю I, а не Наполеону III, которого Николай также считал низкородным. Царь-батюшка обиделся, что защитником христиан выбрали не его, встал в позу, и Россия оказалась на грани катастрофы.
А с тем покорением Персии вообще смех: генерала Зубова отправила на это дело уже сильно пожилая императрица Екатерина, да пока тот собирался и переваливал через Кавказ, преставилась. На престол вступил Павел Петрович, у которого отношения с матерью от молодых ногтей не задались.
При матушке Зубовы были фаворитами, а при наследнике, понятное дело, впали в немилость. Так что армию с полпути развернули из-за сыновних комплексов Павла перед Екатериной.
Персидский же шах Каджар дурак дураком целый месяц просидел тогда в раскаленной пустыне во главе огромной армии, изнывая от жажды и все ожидая, когда же русские придут его покорять. В армии за это время началась холера, а русские так и не пришли. Тогда его зарезал собственный слуга. Такие дела.
Вы, конечно, всегда можете мне привести сотни страниц учебников, где маститыми историками подробно расписаны (читай: оправданы) предпосылки, поводы, объективные, необъективные и всевозможно геополитические (модное нынче слово) причины любых войн и столкновений. Я много этих историков прочитал и, поверьте, сам при желании смогу их же методами подвести мощнейшее теоретическое обоснование под идею тотального истребления китайского этноса индейцами племени навахо с применением ультразвуковых пушек производства Индонезии. Я даже объясню, почему именно Индонезии. И все мне поверят. Потому что ни у кого просто изначально в голове не может уложиться мысль, что 1 миллиард 450 миллионов китайцев (потерями индейцев уже пренебрежем) могут быть зверски убиты и утоплены в собственной крови просто потому, что человек, отдавший приказ это сделать, не любил свою маму. Устойчивый шаблон научного типа мышления: причины и следствия.
Впрочем, маститые историки тоже по-своему правы. Вообще, вопрос о том, что первично в истории, — личность или эпоха — до сих пор дискуссионный. Истина, как водится, лежит где-то посреди, но я хочу сказать тут не об этом.
Я хочу сказать о том, что даже малейшая вероятность влияния единственного человека, его характера, его комплексов, обид или убеждений на ход войны, на ее начало или окончание, — это сама по себе штука крайне опасная, не говоря уже, что анахроничная.
В Семилетней войне шесть лет из семи Россия воевала против Фридриха Прусского и практически победила его. На седьмой год Россия в той же самой войне начала воевать уже за Фридриха и, логично, проиграла. А почему? А потому что Елизавета Петровна умерла и на престол взошел Петр III. Все завоевания России были возвращены Фридриху, две страны вернулись к статусу quo. Вопрос: за что погибли 140 000 русских солдат? Кто вернет к статусу quo эти 140 000 жизней, а стало быть, при тогдашней рождаемости —порядка полутора миллионов их так и не рожденных детей? Во имя чего страна их потеряла? Та же история и с Первой мировой: Россия вступает в нее из-за персонального комплекса царя Николая II как защитника сербов (нахер здесь никому кроме него не нужных), а когда уже практически побеждает, то выходит из войны за 8 месяцев до победы Антанты, по причине симпатии Ленина к немцам и его личной обиды на царя. Ради чего потрачены более двух миллионов жизней?
Я не знаю, сколько дружинников положил князь Владимир в Корсуни, но они, по крайней мере, были наемниками и знали, на что шли, а вот в Крымской войне погибло 150 000 русских солдат. За право императора считаться защитником христиан в Османской империи.
Во Второй мировой — около 30 миллионов жертв вместе с гражданским населением. Опять-таки по причине личной храбрости и большого ума товарища Сталина, который со страху за собственную власть накануне войны перебил и пересажал всех сколько-нибудь толковых офицеров, а потом свято уверовал в чистоту помыслов своего коллеги и союзника по разделу Европы Адольфа Гитлера.
А тот ему — нож в спину. Вот же предатель! Фашист, одно слово. А Россия, я вам скажу, до сих пор не может восстановить свои демографические потери во Второй мировой войне. Сегодня соотношение мужчин и женщин в стране 1:1,5. Семьдесят лет прошло.
Так к чему я это все? К тому, что пиарил я как-то швейцарские приборчики для геодезии. И вел кампанию под лозунгом автоматизации рабочего процесса и «исключения человеческого фактора на производстве». Иными словами, когда измерения проводит геодезист, он может быть с похмелья, недоспав или просто от рожденья туповат. Он может ошибиться, и тогда потери производства будут измеряться миллионами долларов. Так вот, для экономии этих долларов была разработана автоматическая система измерений, которую мы активно продавали в России. Мы позиционировали ее как «технологию XXI века» и призывали пользователей «строить страну будущего с использованием инновационных решений». И систему охотно покупали. И бизнесмены, и чиновники, и руководители госкорпораций. Сэкономить доллары — это же всем понятно.
А вот для экономии людей мы никаких систем в страну не импортируем. Упорно не желаем. Боимся. Между тем, такие системы существуют и хорошо известны. Инновационными их уже назвать сложно, но в России, где отношение к человеческой жизни в XXI веке по-прежнему остается на уровне эпохи Ивана Грозного, они, пожалуй, сойдут за инновацию.
Имя им — Парламентаризм, Свободные СМИ и Независимый суд. Первая система — парламент — блокирует вредоносные решения, идущие «сверху», на стадии замысла и принимает решения разумные. Вторая — свободные СМИ — обозначает проблемные точки страны, по поводу которых должны быть приняты те самые взвешенные и разумные решения. Третья — независимый суд — не дает первым двум зарываться. Все. И главное — для приобретения этих систем не требуется никакой потери суверенитета. Не требуется никакого отказа от духовных скреп. Не нужны ни передача богатств Сибири в лапы Пиндостана, ни предательство родной православной верушки. Даже затрат казенных не нужно — надо просто не мешать, системы сами «распакуются» и установятся на «жесткий диск» народного сознания, после чего какой бы идиот ни возглавил страну, он окажется физически не в состоянии транжирить человеческий капитал, как бы ему того ни хотелось.
Вот этого-то у нас и боятся. В современной России, как и двести, триста, пятьсот лет назад, сволочи разного пошиба (которые сами себя называют «элитой») привыкли тратить человеческий капитал на свои нужды. Тот условный идиот им это позволяет, а система — нет.
Сволочи понимают, что системой невозможно манипулировать, а идиотом — возможно. Систему нельзя купить или запугать, а идиота — запросто. На системе нельзя нажиться, а идиот сам тебе налоги отдаст на откуп, лишь бы ты его табакеркой по башке не лупанул. Идиот — он всяко полезнее. Ну и что, что иногда он потратит по своей прихоти али дурости 10-20 миллионов человек: бабы еще рожать не разучились. Главное, что при идиоте «элита» всегда одна, а при трех независимых системах их будет много: уже не разгуляешься.
Поэтому нам с вами, друзья мои, на помощь этих вот «элит» и «государств» рассчитывать не приходится. Скорее, наоборот. Но пока у нас нет парламента, свободных СМИ и независимого суда, одна группа сволочей в России будет сменять другую, пятый идиот — четвертого, а любовь русских к войне и разрушению без всяких видимых причин будет оставаться всемирной притчей во языцех. Если же мы не хотим, чтобы очередной такой идиот впредь имел возможность отправить нас покорять Персию, потому что его левая пятка так захотела, если мы желаем, чтобы в нашей стране появилось множество глав государств, при которых наши дети ни с кем и ни из-за чего не будут воевать, нам необходимо устанавливать в своей стране эти три инновационные системы экономии человеческого капитала: парламент, свободные СМИ и независимый суд. Как хотите, но мы не сможем выжить в XXI веке на принципах века XVI-го.
И ведь мы же прекрасно понимаем очевидные выгоды современных технологий для той же геодезии, для бизнеса, для экономии долларов. Почему же мы не видим преимуществ таких же технологий для экономии самих себя?
Неужели доллары мы ценим выше собственной жизни? Ни за что не поверю. Вернее, я верю, я вижу, что группа сволочей с ее идиотом использует сегодня все доступные ей методы и средства, чтобы обмануть нас с вами, убедить, что наши жизни нам вовсе не нужны, а все современные технологии сохранения человеческого капитала придуманы проклятыми врагами, чтобы уничтожить Россиюшку. Не верьте. Они лжецы и подонки. Эти системы уничтожат не Россию, а ту самую группу сволочей. А идиот тогда уже никому не будет страшен.
Хватит. Хватит, братцы, убивать и умирать по чьей-то прихоти. По каким-то абстрактным и нахер никому из нас с вами не нужным «геополитическим причинам». Вы поймите одну простую вещь: никому не нужны будут ни эти территории, ни эти скрепы с их безопасностью, ни все объективные причины на свете, ни даже доллары, если нас с вами не останется.
Люди — вот что образует страну, нацию, этнос. Не границы, не территории, не политическая система, не положение на международной арене и даже не экономическая мощь, а люди. Без людей не будет ни системы, ни границ, ни положения. Если же людей будет много, то неизбежно и безо всякой крови появятся и экономика, и границы, и территории, и положение. Рядовой человек, свободная личность — вот альфа и омега исторического прогресса. Человек делает эпоху, а не наоборот. Только не тот человек, который обманом влезает на бочку, пользуясь безмолвием надломленных и обезличенных масс, а каждый человек, образующий народ, по отдельности, когда он принимает решение сам и за себя. Давайте уже все осознаем, что мы — не массы, не население. Мы — личности, а наша жизнь и свобода — самое дорогое, что нам дано от бога. Давайте уже перестанем позволять сволочам и идиотам ими распоряжаться. 

О том, как нам перестать убивать людей и самим не погибать